Версия 21 января 2024 г. существенно расширена по сравнению с предыдущими. В частности, добавлено обсуждение политических событий последних лет, включая юридическую реформу.

Введение: поиск еврейской национальной идеи

Я покажу, что вся политическая борьба в Израиле – это борьба разных направлений трансформации еврейской национальной идеи.

Моя цель – понимание глубинных течений израильской политики.

Из этого понимания вытекают неожиданные политические оценки и прогнозы.

В частности, я пессимистично смотрю на возможность успеха попытки юридической реформы 2023 г.

За национальной идентичностью стоит национальная идея

Это касается как евреев, так и арабов, но нас интересует только еврейская национальная идея.

В последние века эта идея столкнулась с трудностями.

Еврейская национальная идея в изгнании

Она состояла в консервации народа и традиции через запирание их в “четырёх локтях галахи” для того, чтобы (1) служить примером морали для народов сейчас, в изгнании (пассивная миссия), и (2) пронести эту мораль через изгнание для миссии к Человечеству, которая будет в конце времён (активная миссия).

Следствием этих идей были требования (1) отделения от народов, среди которых евреи жили в рассеянии, и (2) юридической автономии в странах рассеяния для сохранения алахи, которая регулирует общественные отношения внутри общины.

Проблема национальной идеи в последние века

Для значительной части еврейского народа такая национальная идея стала неприемлемой по разным причинам, среди которых можно упомянуть следующие:

  • Появление национальных государств в Европе потребовало более активной национальной идеи в настоящем, чем только быть примером морали; без такой активной идеи ассимиляция оказывается привлекательной опцией.
  • Кризис веры и отношений евреев с Богом, вызванный как прогрессом, так и Катастрофой, вызвал кризис и в отношении к будущей Еврейской Миссии в конце времён.
  • Отделение от народов затруднено мобильностью современной жизни, и юридическая автономия в современной диаспоре неприемлема для современных юридических систем.
  • Как появление Государства Израиль, так и активное участие евреев в современной жизни во всём мире вызывают потребность в активной национальной идее; пассивная национальная идея оказывается неприемлемой из-за своей пассивности.
  • Еврейская обособленность без понимания её смысла и назначения оказывается непонятным и ненужным бременем.
  • Ассимиляция является логичным решением этой трудности, но для очень многих она неприемлема.
  • Неприемлема для очень многих также жизнь без национальной идеи, без смысла нашего существования как евреев.

Социалистический сионизм

Одна компонента идей социалистического сионизма начала 20 в. – это миф о новом еврее на своей земле, здоровом и сильном, в противоположность больному галутному еврею.

Это была программа обновления еврейского народа после галутной жизни, к которой социалистические сионисты питали отвращение и от которой они хотели максимально отделиться.

Другая, главная компонента – миссия социалистической справедливости, которую будет нести еврейское государство.

Это была миссия еврейского народа, осуществляемая в настоящем.

Обе компоненты были утопичны, но делали социалистический сионизм привлекательным много десятков лет, пока они ещё продолжали иметь смысл.

Современные израильские левые

Что стало с идеями социалистических сионистов

К концу 20 века обе компоненты их идей перестали быть привлекательными; это неудивительно ввиду их утопичности.

Первая из них, миф о “новом человеке”, ушёл в прошлое: с тех пор родилось и выросло уже несколько поколений, а тот новый человек всё ещё не родился. Хотя израильтяне очень сильно изменились по сравнению с евреями диаспоры, потребность в обновлении осталась.

Вторая – миссия социалистической справедливости, превратилась в социальную, сводящуюся к праву на государственный передел имущества тех, кто богаче; она больше не воспринимается как миссия еврейского народа.

На смену идеалу социалистической справедливости пришёл идеал мира между народами: если мы не сможем заключить мир с арабами, то существование нашего государства теряет смысл.

На смену идеалу “нового человека”, который сумеет оторваться от ненавистного галута, пришёл новый идеал обновления: отказ от еврейской идентичности в пользу новой, израильской.

Я называю этот идеал Арабско-Еврейским Израилизмом, чтобы отличить его от чисто еврейского Израилизма как идеала объединения евреев, приехавших из разных стран диаспоры, в единый неразобщённый еврейский народ.

Для создания такой израильской идентичности, отличающейся от старой, еврейской, нужен израильский народ, отличающийся от еврейского. Израильский народ включает в себя не только евреев, но и арабов; поэтому нужен мир с арабами, как внутренними, так и внешними, для объединения с внутренними и для лидерства среди внешних.

Союз между евреями и арабами как идеал просвещения

Левые видят создание израильского народа из арабов и евреев не как самоцель (хотя оно исключительно важно для них с точки зрения избавления от опостылевшей еврейской отделённости), а как свет просвещения – избавление от отсталой национальной обособленности и других предрассудков – который они несут Человечеству.

Конкретно идеал Просвещения левых близок к подобным идеалам левых во всём мире:

  • равенство (понимаемое как защита всех слабых: экономически, политически, с точки зрения образования, и т. п.,- от сильных, включая подавление последних);
  • свобода (понимаемая как свобода от того, что они считают отсталостью и предрассудками, включая религиозные предрассудки);
  • мир через устранение различий между людьми и народами;
  • демократия, понимаемая как воплощение идеалов свободы (от политической диктатуры) и равенства (граждан в управлении обществом).

Левые считают своей миссией продвижение этих идеалов в отсталом Ближнем Востоке, среди евреев и арабов.

В этом израильские левые смыкаются с левыми других стран.

Еврейская и арабская роли

В этом будущем союзе между евреями и арабами, который породит будущий израильский народ, евреям принадлежит женская роль, а арабам – мужская. Это видно из того, что в израильской ивритской литературе романтические отношения между евреями и арабами появляются часто, но в большинстве случаев это отношения еврейки и араба, а не арабки и еврея.

Арабско-Еврейский Израилизм в литературе

В важном романе Амоса Оза Мой Михаэль (1968; читать роман, ещё об Амосе Озе) такие отношения остаются в мечтах героини и не переходят в жизнь.

В этом романе героиня-еврейка Хана Гонен постепенно впадает в депрессию и сходит с ума от тоски по утопическому Сильному Мужчине, которого она не видит в своём любимом муже Михаэле, а видит в образе арабов-близнецов Халиля и Азиза, выросших друзей игр её детства.

Её тоска и депрессия распространяются на то, как она смотрит на всю израильскую жизнь 1950-х годов; она хочет бежать из этой жизни или её уничтожить.

Её мечты противоречивы и утопичны: слабость мужчин в её понимании начинается с терпения и подчинения женским прихотям, так что “сильные” мужчины ей бы воли не дали, и она это сама интуитивно понимает.

Читать об этом подробнее.

Моё прочтение этого романа состоит в том, что Амос Оз видит крах идеала “нового человека” и идеала создания “новой, свежей жизни” в новой еврейской стране: жизнь стала новой, но еврейская обособленность, смысла которой он не видит, осталась и привела к тому, что жизнь осталась мелкой и затхлой, как ненавистная галутная жизнь местечек 19 в.

У Амоса Оза 1960-х нет никакой реальной программы, как выйти из этого кризиса. Единственная надежда, хотя и утопическая, – это вливание арабской силы в еврейскую кровь.

Не случайно героиня, через образ которой Амос Оз формулирует свой кризис – женщина. Её оплодотворяет её слабый – в её глазах – муж Михаэль, и их сын Яир также не соответствует её утопически-романтическому идеалу, хотя реально он растёт сильным мальчиком. Арабское семя Халиля и Азиза для еврейской женщины, которое создаст новый израильский народ, остаётся для Амоса Оза 1960-х утопией.

Для писателей более поздней израильской ивритской литературы арабское семя становится реальностью.

Например, в романе А.Б. Иегошуа Любовник (1977) (читать) герой выгоняет своего 16-летнего работника-араба за роман со своей 15-летней дочерью, и автор явно считает, что дело в предрассудках героя. Дочь этими предрассудками не страдает и сама предлагает арабскому мальчику стать её любовником.

Главная трудность этого плана – и Амос Оз хорошо её понимает – это попытка построить отношения евреев с арабами как отношения еврейской женщины, героини ашкеназских галутных еврейских анекдотов, с её мужем, которым она помыкает.

Я не утверждаю, что два романа, которые я упомянул, представляют всю израильскую ивритскую литературу. Взгляды, проповедуемые этими двумя романами и которые я описал, крайние, и есть много других романистов, которые такие взгляды не поддерживают. В этом отношении можно упомянуть Меира Шалева и Давида Гроссмана.

Тем не менее, на мой взгляд, другие романы пытаются понять и описать израильскую жизнь, в то время как Амос Оз, А.Б. Иегошуа и их товарищи пытаются её также изменить, и это им, на мой взгляд, удаётся в том, что идея романтических отношений между еврейками и арабами становится постепенно менее маргинальной.

Арабско-Еврейский Израилизм остаётся маргинальным как незавуалированный идеал

Я не утверждаю, что большинство израильских левых поддерживают Арабско-Еврейский Израилизм.

Действительно, я думаю, что большинство левых, возможно, не поддержат план замены еврейского народа на израильский путём смешанных браков между арабами и еврейками. Наверное, большинство левых против идеи “государства всех граждан” вместо еврейского государства; это видно из того, что левая пропаганда – включая самую левую партию “Мерец” – требует ухода из “территорий”, аргументируя это тем, что если “территории” аннексировать, то придётся дать их арабским жителям израильское гражданство, и это приведёт к “государству всех граждан”. (Я не хочу здесь обсуждать этот аргумент; я привёл его только для того, чтобы подтвердить, что большинство левых израильтян, возможно, против идеи “государства всех граждан”.)

Более того, мне кажется, что даже многие из тех, кто поддерживают и продвигают Арабско-Еврейский Израилизм, делают это не ради сильной арабской крови, а только потому, что не видят другого способа бегства от ненавистной им еврейской обособленности.

Идея создания израильского народа путём смешанных браков продвигается лишь романистами и маргинальными политическими деятельницами, вступающими в романтические отношения с арабскими террористами.

Государство всех граждан

Лозунг “государства всех граждан”, евреев и арабов, является отрицанием лозунга “еврейского государства” и поэтому выражением идеала Арабско-Еврейского Израилизма.

Этот лозунг не является настолько маргинальным, как идея Арабско-Еврейского Израилизма.

Эта идея – в противовес идее еврейского государства – означает, среди прочего, “плавильный котёл” для этих граждан, как еврейских, так и нееврейских. В этом плавильном котле смешанные браки между евреями и неевреями неизбежны, и успешный плавильный котёл должен привести к созданию нового смешанного народа, подобного американскому.

Это означает, что идея “государства всех граждан” является пропагандистской вывеской для Арабско-Еврейского Израилизма, а также других антиеврейских израилизмов. В качестве примера другого антиеврейского израилизма можно привести борьбу против высылки нелегальных иммигрантов, терроризирующих еврейское население городов, где они поселяются; её целью явно является интеграция этих нелегальных иммигрантов в еврейский сектор, смешанные браки с ними и размывание еврейского характера страны.

Отмечу, что многие, кто поддерживают идею “государства всех граждан”, не задумываются об этих её следствиях; их интересует только отношение ко всем людям, как к равным (в противоположность галутному высокомерию по отношению к гоям), и они надеются жить рядом с арабами и эритрейцами, не смешиваясь с ними.

Идея “государства всех граждан” продвигается огранизациями, защищающими права нееврейских меньшинств (арабского и других), Верховным Судом, а также прокуратурой, поддерживающей эти правозащитные организации. При этом Верховный Суд продвигает эту идею методами судебного активизма против воли большинства населения и законодателей.

Левые партии, а также многие центристские партии и часть депутатов правых партий поддерживают Верховный Суд в его судебном активизме под видом поддержки “власти закона”. Такая поддержка является поддержкой идеи “государства всех граждан”, а в далёком прицеле – и Арабско-Еврейского Израилизма.

Таким образом, идея Еврейско-Арабского Израилизма продвигается левыми партиями, но в скрытой форме, в литературе и через “власть закона”, поскольку в открытой форме её предложить большинству населения сейчас невозможно.

Сдвиг окна Овертона

Идея признания ООП и прямых переговоров с ней когда-то была маргинальной и неприемлемой почти для всего политического спектра Израиля. Небольшая группа энтузиастов продвигала эту идею и постепенно перевела её из совершенно маргинальной в допустимую, но отрицаемую, затем в спорную, имеющую поддержку левых партий, а в конце концов и реализовали её.

Иными словами, эта группа энтузиастов осуществила эту идею через сдвиг окна Овертона.

Я описал здесь попытки повторить тот же процесс с идеей Арабско-Еврейского Израилизма.

Соглашения с Объединёнными Арабскими Эмиратами и Бахрейном противоречат Арабско-Еврейскому Израилизму

Эти соглашения были заключены в августе 2020 г.

В них Израиль выступает как еврейское государство, без всяких попыток объединения его с арабами. Хотя в связи с заключением этих соглашений Израиль согласился на замораживание объявления израильского суверенитета над частью Иудеи и Самарии, речь идёт только о замораживании, а не об отмене, и даже это замораживание не является частью соглашений, а отдельным обязательством Израиля, и срок замораживания не объявлен публично.

Таким образом, эти соглашения наносят удар по Арабско-Еврейскому Израилизму.

Это объясняет первоначально холодную политическую реакцию израильских левых на эти соглашения (в дополнение к тому, что эти соглашения достигнуты их политическим врагом).

Кризис левых: Арабско-Еврейский Израилизм остаётся недостижимым идеалом

Со времени написания романов Амоса Оза и А.Б. Иегошуа, в которых появляется этот идеал, прошло около 50 лет, но с тех пор этот идеал не слишком приблизился. Для левых альтернативой является либо ненавистная еврейская обособленность, либо отъезд из Израиля и ассимиляция. Это создаёт у них ощущение глубокого кризиса, подвергающего опасности само их еврейское существование: обособленность ненавистна, а отъезд и ассимиляция неприемлемы для молодёжи, имеющей внутреннее еврейское ощущение, и для старшего поколения, которому часто некуда ехать.

Кризис левых: тупик

Мне кажется, что наиболее крайняя часть левых ощущает, во-первых, что мир с арабами может быть основан только на еврейской отделённости, в которой они не видят смысла и ненавидят её; они видят, что этот мир не может быть связан с объединением с арабами, живущими рядом. Во-вторых, мне кажется, что они ощущают, что создание нового израильского народа не получается из-за радикализации арабов Иудеи, Самарии и даже израильских арабов.

Некоторые из них в связи с этим отказываются от идеалов мира и объединения с арабами, ввиду их недостижимости, и пытаются просто убрать в прошлое старую, мелкую и затхлую (как они её воспринимают) еврейскую традицию, и создать новый, отделённый от неё еврейский народ, несмотря на пустоту такого народа.

На это, на мой взгляд, указывают, во-первых, противодействие традиционным общественным молитвам Йом Кипура для нерелигиозных в 2023 г. (включавшее в себя их отмены и беспорядки), и, во-вторых, призывы очистить Тель Авив от религиозных, прозвучавшие во время предвыборной кампании в местные органы власти перед войной 2023 г.

У меня впечатление, что перед войной 2023 г. левые ощущали провал всех их попыток создать новые и современные национальные идеалы, которые бы создали свежий смысл их еврейскому существованию, и они ощущали себя прижатыми к стене и готовыми к гражданской войне (слова трупы в Ярконе прозвучали), чтобы защитить свои последние попытки создать смысл своему еврейскому существованию от правых, пытавшихся вернуть их в постылую еврейскую обособленность.

Современные израильские левые сейчас

Сейчас традиционные левые партии, Авода (Рабочая партия) и Мерец, находятся на грани электорального барьера – политического выживания. Идеи Арабско-Еврейского израилизма продвигаются сейчас в скрытой форме центристскими партиями.

Мне кажется, что это связано с тем, что левые национальные идеи сейчас трудно продвигать прямо, и центристские партии делают это косвенным образом.

Арабско-Еврейский Израилизм нужен для решения Проблемы Национальной Идеи

После того, как идеалы социалистического сионизма начала 20 в. ушли в прошлое, у левых, остро ощущающих бессмысленность нашего существования ради самих себя и видящих его мелким и затхлым, не осталось другой надежды сделать своё существование осмысленным, кроме как замены бессмысленной старой идентичности на какую-то новую, которую они пытаются создать (впрочем, безуспешно).

Современные правые партии

Эти партии выросли из ревизионизма Жаботинского, который выдвинул идею одного знамени против социализма и классовой борьбы в пользу еврейского единства. Его целью было спасение еврейского народа, у него не было никакой другой еврейской миссии.

Вслед за Жаботинским, эти партии понимают миссию еврейского народа как направленную только на себя.

Идеологические основы этих партий размываются, и они всё больше действуют в соответствии с идеологией левых, не задумываясь о том, что же является еврейской миссией.

Современные религиозные партии

Еврейская национальная идея в изгнании против национальной жизни в Израиле

Применение принципов еврейской национальной идеи в изгнании в современном Израиле делает упор на индивидуальные аспекты иудаизма – 4 локтя галахи – и продвигает их в противовес национальным аспектам.

Практически это проявляется в устрожениях в галахе, религиозном законе, приводящих к отделению от менее религиозных групп в обществе.

Одним примером является разделение полов в общественной жизни, к которому религиозные группы принуждают в тех ситуациях, в которых им удаётся доминировать.

Например, в городах, где существовали бассейны с часами для совместного плавания мужчин и женщин, они добиваются отмены таких часов.

То же касается общественных мероприятий: они требуют разделения на мужское и женское отделения.

Они пытаются добиться разделения автобусов на мужское и женское отделения (в передней и задней частях, соответственно).

Отделение от менее религиозной публики является недекларируемой целью таких устрожений, поэтому никто не пытается найти компромисс.

В результате менее религиозной публике оказывается некомфортным жить в таких городах и ездить в таких автобусах.

Нерелигиозные пытаются отвечать законами о запретах разделения полов в общественной жизни, в том числе и в чисто религиозных городах и автобусах.

Другим примером являются вопросы кашрута: устрожение приводит к отделению от менее религиозного общества, которое не против соблюдения кашрута.

Политически, всё это относится не только к ультраортодоксальным партиям (харедим), но и, отчасти, к партиям, входящим в блок “Религиозный сионизм”, представляющим круги хардал; это приводит к тому, что часть национально-религиозной публики не принимает этот подход и голосует за лево-центристские партии.

Нафтали Беннет и Айелет Шакед

Нафтали Беннет и Айелет Шакед, которые вначале возглавили партию Еврейский Дом, а затем ушли из неё, организовав партию Новые Правые, колеблются между центристской позицией, которая приводит к потере голосов избирателей, и право-религиозной, которая возвращает им голоса. Национальную идею они прямо не формулируют, и их за их риторикой стоят всё те же идеи.

Их попытки занять центристскую позицию являются заявкой на национальное лидерство. Эта заявка, мне кажется, основывается на их ощущении, что национальное лидерство должно перейти к ним, к национально-религиозному лагерю, поскольку, по их мнению, левый лагерь зашёл в тупик и отказался от сионизма. Их неуспех в национальном лидерстве вызван тем, что национальное лидерство требует приемлемого для всех понимания смысла нашего национального существования.

Израильские центристские партии

Это партии, возникающие время от времени и пытающиеся создать компромисс между политикой левых и правых, не задаваясь вопросом о национальной идее. Избиратель вначале загорается идеей компромисса, но затем понимает, что компромисс без ответа на вопрос: Зачем? не имеет смысла. Это занимает 1-2 каденции кнессета.

Возможно, дополнительной причиной – кроме компромисса между правыми и левыми – по которой избиратели голосуют за такие партии, является неосознанное нежелание голосовать за партии, продвигающие версии национальной идеи, которые избиратели воспринимают как устаревшие. Иными словами, голос за центристские партии – это голос против устаревших национальных идей.

Борьба смыслов

Левые не принимают национальные идеи правых, поскольку требуют активной и современной национальной идеи – смысла быть евреями, миссии к человечеству – сейчас, в наше время. Религиозная национальная идея представляется им устарелой и потому отвратительной. Отсутствие смысла по Жаботинскому они сравнивают с нацизмом, поскольку необходимость воевать с врагами без высшей цели им представляется неоправданным высокомерием и расизмом по отношению к врагам.

Правым не мешают национальные идеи левых сами по себе, по причинам, связанным с их – правых – национальными идеями:

  • Для правых последователей Жаботинского нет никакого смысла в нашем еврейском существовании, кроме поддержки и защиты нашего народа, и это не противоречит никакому другому содержательному смыслу.
  • Религиозная национальная идея – это национальная идея общин рассеяния, она хорошо умеет приспосабливаться к национальным идеям окружающих народов, и левыe в глазах носителей этой идеи подобны чужой власти.

Правые не приемлют левые национальные идеи только ввиду внутреннего кризиса этих идей: попытки мира и объединения с окружающими арабами приводят, по мнению правых, к гибели многих и постепенному разрушению страны.

Неприятие устаревших версий национальной идеи как причина политической чехарды

Еврейская национальная идея в изгнании требует отделения от менее религиозных (см. об этом подробно выше в разделе о современных религиозных партиях), и это отделение противоречит идее построения еврейского государства.

Самодостаточность Жаботинского и поселенческого движения требуют противопоставления себя арабам; для многих такое противопоставление неприемлемо и даже ассоциируется с фашизмом, несмотря на существующее национальное противостояние с арабами, выражающееся в вооружённом насилии. Людям не хватает еврейской миссии сейчас, а без неё национальная исключительность отвратительна.

Обе эти трудности приводят к оттоку избирателей от традиционных партий, религиозных и правых, но других партий, удовлетворительно решающих эти проблемы, нет. Это приводит к появлению центристских партий, см. о них выше, и политической неустойчивости.

Политический кризис 2019-2022 гг.

Трёхкратные выборы 2019-2020 гг.

Этот, по-видимому, беспрецедентный в мировой истории политический кризис состоял в том, что выборы в Кнессет повторялись три раза подряд, поскольку после первых двух никому не удавалось сформировать правительство.

Центром этого кризиса была личность Биньямина (Биби) Нетаниягу, лидера партии Ликуд и правого лагеря.

Левым, а также части правых, неприемлемость Нетаниягу была совершенно очевидна. Мне же удалось понять у них только два логических аргумента:

  1. Виновность Нетаниягу в коррупции на основании сообщений о ходе следствия и – в конце – обвинительного заключения.
  2. Он слишком долго находится на посту премьер-министра – надоел!

(Я отношусь к Нетаниягу критически и недоволен многими его решениями, но сейчас он мне представляется наилучшим лидером из имеющихся политиков, гораздо лучше и сильнее, чем все возможные конкуренты.)

Эта единодушность левых в неприемлемости Нетаниягу была вызвана, в значительной мере, кампанией в прессе против него; впрочем, это не снимает вопроса о том, что вызвало эту кампанию – почему личность Биньямина Нетаниягу стоила для левых, организовавших эту камапанию, этого политического кризиса.

На этот вопрос у меня есть два ответа. Вот первый из них, а второй см. ниже, о противоречии власти в Израиле.

Нетаниягу остановил Арабско-Еврейский Израилизм

За время правления Нетаниягу с 2009 г. палестинский вопрос – об отношениях с арабами Иудеи и Самарии – почти сошёл с политической повестки дня в Израиле.

Нетаниягу сумел выстоять против администрации американского президента Обамы, в которой, например, была Саманта Пауер, выступавшая за установление палестинского государства на американских штыках. Нетаниягу сумел отделить иранскую угрозу, усиленную Обамой, от отношений с Палестинской Автономией.

Нетаниягу сумел не упустить возможностей, которые предоставило президенство Трампа, и результатом было полное прекращение переговоров с Палестинской Автономией.

Вкратце, в правление Нетаниягу Арабско-Еврейский Израилизм перестал продвигаться политически. В израильской политике начало доминировать отсутствие еврейской национальной миссии по Жаботинскому.

Мне кажется, что это явление в значительной мере было вызвано внешними обстоятельствами: вначале Обама усилил иранскую угрозу, которая оказалась направленной не только на Израиль, но и на арабские страны, а затем Трамп поддержал Израиль против палестинцев, сделав его привлекательным союзником для арабов против Ирана. Арабские страны в связи с этим выбрали Израиль, предпочитая его Палестинской Автономии, требовавшей его бойкота. Нетаниягу не создал эти возможности, но и не упустил значительную часть их.

До сих пор Арабско-Еврейский Израилизм продвигался политически прямой арабской угрозой мирной жизни Израиля и самому его существованию: согласно декларированной левой идеологии, для существования и мирной жизни Израиля необходим мир и объединение с ближайшими арабами.

Левые, по-видимому, ощущают, что Нетаниягу затягивает Израиль в ненавистную им еврейскую отделённость.

Они, возможно, надеются, что с другим лидером Ликуда им лучше удастся продвинуть Арабско-Еврейский Израилизм; детали я оставляю читателям додумать, каждому по-своему, левым и правым.

Продолжение: 2021-22 гг.

После выборов марта 2020 г., третьих подряд, Биньямину Нетаниягу и Биньямину Ганцу удалось сформировать правительство, в котором они оба должны были быть премьер-министрами по очереди.

Это правительство продержалось полгода, и в марте 2021 г. состоялись ещё одни выборы.

После них было сформировано правительство во главе с Нафтали Беннетом (о нём см. выше в разделе о современных религиозных партиях) и Яиром Лапидом, лево-центристом (см. выше о центристских партиях); они должны были быть премьер-министрами по очереди.

Это правительство включало в себя партию “Новая Надежда” во главе с Гидеоном Сааром; эта партия откололась от Ликуда.

Если бы эта партия не откололась бы от Ликуда, у него было бы твёрдое большинство вместе с религиозными партиями; раскол произошёл сразу после публикации опросов, по которым Ликуд и религиозные партии получали твёрдое большинство.

Правительство, которое было тогда сформировано, опиралось на левые партии и одну из арабских партий; вес двух небольших правых партий, “Ямина” (“Направо”) Нафтали Беннета и Аелет Шакед и “Новая Надежда” Гидеона Саара, в нём был невелик (хотя первый премьер-министр относился к одной из них), и политика правительства была в значительной мере левой.

Таким образом, эта в значительной мере левая политика стала возможной в результате действий этих двух партий, чьи риторика и избиратели были правыми.

Интересны причины, по которым эти избиратели привели к власти эти партии, которые проводили совсем не ту политику, которой ожидали избиратели.

Действительно, эти партии обещали совсем не ту политику, которую они реально проводили, и многие избиратели. по-видимому, решили, что их обманули, и эти партии больше не существуют.

Мне кажется, что это не вполне объясняет происшедшее, поскольку у избирателей были причины голосовать за эти партии, хотя и были сомнения в надёжности их обещаний, и важно понять эти причины.

Одна из них – это пропаганда против Нетаниягу.

Другая – подспудное нежелание голосовать за устаревшие версии национальной идеи, которые связываются с Ликудом и религиозными партиями; успех пропаганды против Нетаниягу, возможно, отчасти связан с этим.

Это правительство продержалось около года, и следующие выборы состоялись в ноябре 2022 г.

Израильские арабы

Арабский депутат кнессета сказал Моше Фейглину, что с ним, требующим землю от Нила до Евфрата, он, арабский депутат, ужиться может, а с сионистами – нет: Сионисты – это всего-навсего колониалисты, еретики, белые, прибывшие из Европы и навязавшие себя нам. (Это удивительное сообщение было одной из отправных точек этой статьи.)

Из всего сказанного выше об идеологии Арабско-Еврейского Израилизма, понятна эта реакция арабов на неё.

Арабы отвергают Арабско-Еврейский Израилизм, который они называют сионизмом, как попытку лишить их идентичности, а попытки воспользоваться их семенем приводят к тому, что женщины, которые предпринимают эти попытки, а также постепенно государство Израиль, оказываются в их власти.

Власть и жизнь требуют смысла

Жизнь требует смысла: цена Арабско-Еврейского Израилизма

Поддержка арабов, воюющих с государством Израиль, стоит жизней.

Сюда включаются соглашения Осло и их продолжения; эти соглашения дали оружие Организации Освобождения (от евреев) Палестины, вернули её солдат из Туниса, стимулировали и вынудили арабов, до того живших под еврейской властью, воевать с евреями. Количество террористических актов против евреев резко возросло после заключения этих соглашений.

Сюда включаются правила открытия огня и борьбы с террористами, поддерживающие противника и стоящие жизней наших солдат. Примером, одним из многих, является гибель Бареля Хадарии Шмуэли. Вместо убедительной победы мы продолжаем кровопролитную ничью, потому что нашей реальной целью является объединение с противником.

Иными словами, наши солдаты, погибающие в боях с арабским врагом, и гражданские жертвы терактов, погибают не за существование нашего государства, а за Арабско-Еврейский Израилизм – попытку создания израильского народа из евреев и арабов.

Поддержка арабов, воюющих с государством Израиль, стоит денег: оценки 10-летней давности разбросаны от 453 миллиарда шекелей в 2013 г. до 933 миллиарда шекелей в 2014 г.; сейчас сумма наверняка перевалила за триллион шекелей. (Для сравнения: государственный бюджет Израиля на 2022 г. составлял около 452 миллиарда шекелей.)

Власть требует смысла, и о юридической реформе

Эти понятия, смысл и власть, не кажутся связанными: власть происходит от силы, а смысл – это что-то эфемерное, к силе отношения не имеющее.

Это совершенно не так: власть невозможна без смысла.

Если одна группа борется за идею, а другая – за собственное выживание, то побеждает первая.

Причина этого состоит в том, что члены первой группы готовы рисковать собой ради идеи, а члены второй борются за собственное выживание и поэтому не готовы рисковать собой ради собственного выживания – ведь этот риск противоречит самому смыслу их борьбы, их собственному выживанию. (Вы скажете, что они будут готовы рисковать собой ради спасения других членов группы; но это возможно только тогда, когда они видят смысл в существовании их группы в целом. И получится, что этот смысл конкурирует со смыслом первой группы, и победит сильнейший из смыслов.)

Я здесь говорю о ситуации, когда члены первой группы не готовы ни на какие компромиссы со второй группой и готовы достигать своих целей всеми доступными средствами, включая насильственные.

Если же одна группа борется за идею, а другая – за совместное выживание обеих групп, то у второй группы нет шансов, поскольку первая группа может отнестись ко второй группе, как к своим врагам, а вторая к первой – нет: ведь они – вторая группа – борются за их совместное выживание!

Примером этого являются левые и правые в Израиле:

  • Для левых в еврейском существовании был смысл, направленный вне еврейского народа.
  • Для правых наследников Жаботинского смыслом было исключительно сохранение еврейского народа.
  • Для религиозных последователей еврейской идеи в изгнании смыслом было сохранение еврейского народа для его будущей миссии. Для большинства из них народ включал в себя и несоблюдающих евреев, и они не были готовы считать их врагами; те же, кто были готовы считать нерелигиозных евреев своими врагами, считали государство своим врагом и не участвовали в его жизни.

Это объясняет тот факт, что правые не добивались реальной власти, даже когда выигрывали выборы: левые сохраняли власть через чиновничество – deep state – и судебную систему, поскольку правые, начиная с Менахема Бегина, пришедшего к власти в 1977 г., не воспринимали их как врагов и не пытались лишить их влияния в государственной системе.

И когда дело доходит до прямого конфликта, то вторая группа не готова рисковать ни собой, ни своими противниками, а первая рискует всеми.

Это полностью объясняет победу левых – Бен-Гуриона – над правыми, наследниками Жаботинского, при основании Государства Израиль: левые выстрелили (см. историю Альталены), а правые – Бегин – не ответили, отказавшись от гражданской войны и, тем самым, сдавшись в ней. (Я не обсуждаю сейчас правильность действий Бен-Гуриона и Бегина, а только пытаюсь разобраться, почему Бен-Гурион тогда победил.)

Смысл, выраженный в национальной идее религиозных партий – еврейской идее в изгнании – слаб против смысла левых также и в ситуации прямого конфликта; хотя этот смысл не вполне отрицает гражданскую войну, если есть угроза этому смыслу (ведь праздник Хануки – победы в войне, являвшейся также и гражданской – является частью еврейской традиции), но в традиции есть очень сильное противодействие гражданской войне и освободительной войне вообще, возникшее в результате войн, проигранных евреями в 1-2 вв н.э.

Поэтому я с самого начала пессимистично относился к успеху реформы юридической системы 2023 г.: правые опять не смогут победить.

Без понимания нашей миссии к Человечеству такие поверхностные реформы не помогут.

Дисклэймеры:

  1. Я не пытаюсь выяснить, кто в прав с моральной точки зрения в израильских политических конфликтах последних 100 лет.
  2. Я не пытаюсь сказать, что израильские политические проблемы ограничиваются проблемой смысла нашего еврейского существования; я говорю только, что она лежит в их корне.
  3. Я не пытаюсь сказать, что с решением проблемы смысла решатся все израильские политические проблемы; этот смысл будет, с Божьей помощью, понят постепенно, и влияние на реальную политику он окажет, скорее всего, только в следующем поколении. Чем раньше начнём искать, тем лучше.

Противоречие власти в Израиле

Поскольку власть основывается на смысле, а смысл у левых сильнее, то власть реально принадлежит им.

В то же время демократическая политическая система предоставляет власть тем, кто побеждает на выборах; поэтому формально, начиная с 1977 г., правые у власти находятся чаще, чем левые, и, чем дальше, тем чаще.

Это противоречие лежит в основе правительственных кризисов, которые мы обсуждали выше: левые дискредитируют правых в глазах центристских избирателей (1) путём пропаганды и (2) блокируя возможность правых управлять страной.

Подчеркну для ясности, что мой анализ показывает полную невозможность захвата власти правыми; правые могут захватить власть, только отказавшись от своего смысла (не говоря о необходимости победы в гражданской войне). Поможет только решение вопроса о смысле.

Демократия стала невозможна

Демократия требует, чтобы у всех граждан было ощущение, что их голос учтён в политическом процессе, даже если они проиграли выборы: в таких случаях граждане считают, что, поскольку они в меньшинстве, то справедливо, что их мнение не реализуется.

Это требует, чтобы решение выигравших было приемлемо для проигравших, хоть и нежелательно. Если это не выполняется, то проигравшие выходят из политической игры: начинают гражданскую войну, уезжают из страны или начинают пассивное сопротивление власти.

Чтобы такое не происходило, разные страны ограничивают возможные решения, которые может принять большинство – защищают права меньшинств. Такие ограничения принимаются заранее по общему согласию, обычно в конституции.

К 2023 году в Израиле демократия в таком понимании стала невозможна, поскольку возможность компромисса между правыми и левыми закончилась.

Левые надеялись, что мирный процесс выведет их из постылой еврейской обособленности в светлое израильское будущее; однако этот процесс зашёл в тупик из-за радикализации палестинских арабов; впрочем, левые винят в этом Биньямина Нетаниягу, не видевшего перспектив мирного процесса.

На выборах из-за этого побеждают правые, всё чаще и чаще; возможно, в это вносят вклад демографические изменения.

Левые ощущают, что власть правых затягивает их в старую еврейскую обособленность, и считают, что власть правых неприемлема; они пытаются ограничить власть правых без их согласия через суд, прокуратуру и остальное чиновничество (deep state).

Правые считают, что судебные ограничения их власти, когда они выигрывают выборы, делают их гражданами второго сорта, лишая роли в демократическом управлении страной.

Компромисс оказывается невозможным; какая бы сторона не выиграла выборы, её политика оказывается абсолютно неприемлемой для другой стороны.

Демократия стала невозможна.

А есть ли выход?

О долгосрочном выходе я уже говорил: нужно найти смысл нашего еврейского существования, который будет, с одной стороны, основываться на нашей традиции, и, с другой, быть новым, подходящим новому существованию, просвещённому и в Земле Израиля.

Хорошего краткосрочного выхода из политической нестабильности я не вижу:

  • Правые не могут отказаться от требования реального участия во власти, поскольку эта возможность декларативно – фактом наличия демократических выборов – им предоставлена; они не могут согласиться быть гражданами второго сорта.
  • Левые не могут предоставить правым реальную власть в рамках демократии, поскольку тогда они полностью потеряют свою и будут ощущать, что их идеалы попраны и правые затягивают их в ненавистную им еврейскую обособленность.
  • Левым трудно отказаться от демократии, поскольку это часть их идеалов, а также ввиду трудности полностью насильственного – без видимости демократии – удержания власти.

Ситуация патовая, и приводит к постоянной политической нестабильности, вызванной попытками правых добиться участия во власти, и ответными угрозами гражданской войны со стороны левых.

Единство народа восстанавливают только нападения врагов, ободренных угрозами гражданской войны среди евреев.

Остаётся молиться и надеяться на чудо.

Возможным чудом может быть то, что кому-то удастся объяснить части левых эти мысли в сочетании с недавней статьёй Пинхаса Полонского Универсальный Религиозный Сионизм — Идеология и программа действий и ещё более далеко идущими дополнениями к ней. На мой взгляд, эта статья является прорывом в понимании смысла нашего еврейского существования, и чудо может состоять в том, что заметной части левых это понимание может показаться достойной заменой Арабско-Еврейскому Израилизму.

Выводы

Наши политические проблемы происходят из интеллектуальных

У наших политических проблем есть интеллектуальный корень: отсутствие приемлемого для большинства решения проблемы национальной идеи – еврейской миссии – которое было бы еврейским.

Пока такое решение не появится, мы не сможем выйти из плена Арабско-Еврейского Израилизма, если только он не развалится сам; даже если это произойдёт, он сменится ещё какой-нибудь антиеврейской дрянью, пока мы не поймём, в чём наша еврейская миссия.

Еврейская политика определяется поиском еврейского смысла, потому что евреи не могут как все народы. Это относится как к партиям, верящим в идею еврейского избрания, так и декларативно отрицающих её.

Нужно найти нашу миссию к человечеству

Решение мне видится в направлении понимания еврейского смысла универсализма – миссии евреев к человечеству.

Пока что решения я не вижу, а только направления, которые могут оказаться верными или неверными.

Наиболее перспективное, на мой взгляд, направление – это универсалистское обновление иудаизма в рамках ортодоксальной еврейской традиции, в соответствии с идеями рава А.-И. Кука. Важным прорывом здесь является уже упомянутая недавняя статья Пинхаса Полонского Универсальный Религиозный Сионизм — Идеология и программа действий и ещё более далеко идущие дополнения к ней. (Нерелигиозному читателю я рекомендую читать эту замечательную статью вначале с конца, а только потом сначала, поскольку её начало предназначено религиозному читателю.)

Другое направление, которое также мне представляется перспективным – это движение Бней Ноах. Это направление также нуждается в разработке. См. книгу Пинхаса Полонского, по материалам лекций р. Ури Шерки, «Израиль и Человечество. Новый этап развития. Часть 1», 2010, гл. 7, читать .

Поиск идёт, поскольку жизнь заставляет

Поиск еврейской национальной идеи, обращённой к человечеству, идёт, и это трудный интеллектуальный процесс.

Ключевые политические проблемы Израиля, как внешние, так и внутренние, вызваны тем, что приемлемого решения проблемы национальной идеи ещё пока нет.

Я говорю о том, что наши попытки отказаться от нашей еврейской идентичности создают нам врагов извне и изнутри, и не дают нам победить этих врагов.

Этот факт стимулирует поиск решения проблемы национальной идеи, поскольку пока мы – с Божьей помощью – его не найдём, наше положение будет оставаться трудным.

Эта статья – попытка скромного вклада в этот процесс поиска решения.

Евреи не могут без миссии.